Директ

Реклама

Здесь могла быть ваша реклама

Статистика

С.Л.Рубинштейн "Основы общей психологии"

Идея Герцена о "деянии" как существеннейшем факторе духовного развития человека сохраняет все свое принципиальное значение и по сегодняшний день, так же как острую актуальность сохраняет по отношению и к современной психологии его общее требование "одействотворения" науки.

Белинский во второй период своего творческого развития также высказал требование передовой общественной мысли – дать психологию личности, а не лишь отдельных способностей. <...>

В противоположность дуалистическим идеалистическим теориям, противопоставляющим психическое и физическое, Добролюбов отстаивает их единство.

"Смотря на человека как на одно целое, нераздельное существо, – пишет Добролюбов, – мы устраняем и те бесчисленные противоречия, какие находят схоластики между телесной и душевной деятельностью... теперь уж никто не сомневается в том, что все старания провести разграничительную черту между духовными и телесными отправлениями напрасны и что наука человеческая этого достигнуть не может. Без вещественного обнаружения мы не можем узнать о существовании внутренней деятельности, а вещественное обнаружение происходит в теле". <...>

Философские идеи Чернышевского, его материализм и психофизиологический монизм находят себе блестящее конкретное претворение у И.М.Сеченова. <...> Его знаменитые "Рефлексы головного мозга" (появившиеся в 1863 г. в виде журнальных статей в "Медицинском вестнике", а в 1866 г. вышедшие отдельной книгой) определили новые пути физиологии головного мозга, оказав, как известно, значительное влияние на И.П.Павлова.

Сеченов заложил в России также основы психофизиологии органов чувств и наметил в ней, в частности в теории зрения, связи его с осязанием и т.д., новые, оригинальные пути. Однако было бы совершенно неправильно рассматривать Сеченова только как физиолога, который в качестве такового своими физиологическими трудами оказал более или менее значительное влияние на психологию.

И.М.Сеченов был и крупнейшим русским психологом, и можно с определенностью утверждать, что не только Сеченов-физиолог оказал влияние на Сеченова-психолога, но и обратно: занятия Сеченова с ранней молодости психологией оказали прямое и притом очень значительное влияние на его физиологические исследования, в частности те, которые определили его концепцию рефлексов головного мозга. Он сам об этом прямо свидетельствует (см. его работу: Автобиографические записки. М., 1907).

В своей психологической концепции Сеченов выдвинул изучение психических процессов в закономерностях их протекания как основной предмет психологии и особенно подчеркнул значение генетического метода. В своей борьбе против традиционной идеалистической психологии сознания Сеченов (в замечательной статье "Кому и как разрабатывать психологию") поставил перед научной мыслью задачу, которая сохраняет свое значение и по сегодняшний день. Основную ошибку психологов-идеалистов Сеченов видел в том, что они являются, как он выражается, "обособителями психического", т.е. в том, что они вырывают психическое из связи природных явлений, в которые они в действительности включены, и, превращая психическое в обособленное, замкнутое в себе существование, внешне противопоставляют тело и душу. В своих "Рефлексах головного мозга", о которых И.П.Павлов говорил как о "гениальном взлете сеченовской мысли", и в других своих психологических работах, с которыми "Рефлексы головного мозга" связаны органической общностью единой концепции, С

еченов пытался разрешить эту задачу – преодоления обособления психического – теми средствами, которые в то время были в его распоряжении. Он отвергает отожествление психического с сознательным и рассматривает "сознательный элемент" как средний член единого – рефлекторного – процесса, который начинается в предметной действительности внешним импульсом и кончается поступком. Преодоление "обособления" психического – это, по существу, та самая задача, которую сейчас новыми, открывшимися ей в настоящее время средствами, решает советская психология.

Своими идеями и исследованиями Сеченов оказал прямое влияние на развитие в России экспериментально-психологических исследований, сближавших русскую психологию с передовым русским естествознанием. Идеями Сеченова в значительной степени определялось формирование русской экспериментальной психологии в 80-х-90-х гг. прошлого столетия. <...>

В тот же период, когда развертывается деятельность Чернышевского и Сеченова, вскрывающего физиологические предпосылки психологии, – в 60-х гг. – А.А.Потебня выдвигает в русской науке положение о единстве сознания и языка и ставит перед историей языка задачу "показать на деле участие слова в образовании последовательного ряда систем, обнимающих отношение личности к природе".29 Применяя исторический принцип не только к внешним языковым формам, но и к внутреннему строю языков, Потебня делает первую и единственную в своем роде блестящую попытку на огромном историческом материале наметить основные этапы развития языкового сознания русского народа. На тонком анализе обширного языкового материала Потебня стремится вскрыть историческое становление и смену разных форм мышления – мифологического, научного ("прозаического") и поэтического. Для Потебни, в отличие от Г.В.Ф.Гегеля, поэтическое мышление является не низшей ступенью мышления, а своеобразной и специфической по отношению к "прозаическому" и научному мышлению, н

о не менее существенной, чем последнее, формой познания. Потебня подчеркивает также роль слова и в развитии самосознания. <...>

В психологии, разрабатываемой в середине прошлого столетия, находят также отражение тенденции эмпирической психологии. В центре этого течения, ориентирующегося по преимуществу на английскую эмпирическую психологию, – принцип ассоцианизма. Впервые влияние эмпиризма сказалось еще в работе О.М.Новицкого "Руководство к опытной психологии" (1840), но в определенное течение это направление оформляется лишь в 60-х – 70-х гг. Его основным представителем является М.М.Троицкий ("Наука о духе"). Он пытается свести всю духовную жизнь к ассоциациям. В своей "Немецкой психологии в текущем столетии" (1867) он подвергает критике немецкую метафизическую идеалистическую психологию. В.А.Снегирев ("Психология", 1873) также признает закон ассоциации основным законом психической жизни и примыкает к английской эмпирической психологии, но позиция его эклектична: свой ассоцианизм он пытается примирить с самыми различными психологическими направлениями и точками зрения.

Проводниками идеалистических тенденций в психологии в этот период выступают такие люди, как К.Д.Кавелин и Н.Н.Страхов. Они вступают в борьбу против материалистического направления физиологической психологии (механистические представители которой склонны были, правда, свести психологию к физиологии). <...>

Особое место в психологической литературе этого периода занимает основное произведение одного из крупнейших представителей русской педагогической мысли – "Человек как предмет воспитания" (1868-1869) К.Д.Ушинского.

Ушинский, широко используя в своем труде материал, накопленный мировой психологической наукой его времени, сумел подчинить весь этот материал установкам, глубоко характерным для самобытных путей как его собственной, так и вообще передовой русской общественной мысли. Первая, важнейшая из этих установок связана с "антропологическим" подходом к изучению психологии. Этот подход к проблемам психологии означал рассмотрение всех сторон психики человека в целостно-личностном, а не узкофункциональном плане; психические процессы выступают не как лишь "механизмы" (в качестве каковых их по преимуществу стала трактовать экспериментальная функциональная психология на Западе), а в качестве деятельности человека, благодаря чему они могли получить у Ушинского подлинно содержательную характеристику. Вторая существенная установка, специфическая для Ушинского, заключалась в том, что антропология у него выступала как антропология педагогическая. Это значит, что человек рассматривался им не как биологическая особь с предопределенн

< Назад | Дальше >